Франческо снова в Кемерово. И снова там, где болит
Такой у меня характер: город, который ты любишь, нужно перечитывать заново каждый раз. Мне сказали — открылось место у центрального универмага, там, где раньше все знали одну хорошую кофейню с завтраками. Кофейню, которая уехала на площадь Пушкина и забрала с собой душу. Я подумал: интересно, кто занял это тёплое, намоленное место.
Место называется GRAFF. «Кофе и еда» — написано под названием, будто извиняясь. И вот здесь, друзья мои, начинается история, которую мне грустно рассказывать.
Первое впечатление: кто ты?
В Италии есть слово — sprezzatura. Это когда за кажущейся небрежностью стоит точный расчёт и вкус. Так вот, у GRAFF всё наоборот. За старательностью стоит растерянность.
Я стоял перед вывеской и не понимал, куда я пришёл. Название латиницей — в год, когда весь город переводит вывески на русский, и это уже вопрос. Но дело не в законе. Дело в том, что имя мне ничего не обещает. GRAFF — граф? Ювелир? Граффити? Я не знаю. А хорошее имя должно брать за руку и вести.
Захожу внутрь — и растерянность усиливается. На стене — большая романтическая роспись: река, деревья, пара в одеждах позапрошлого века, будто иллюстрация к роману Тургенева. Красиво само по себе. Но рядом — латунные стульчики цвета изумруда, деревянные стеллажи как в скандинавском кафе, синяя стойка, шарики к какому-то празднику. А на стакане с кофе написано «GRAFF HOUSE» и — «Красота в деталях. Анастасия Б. Графиня».
Графиня. Дом графа. Рыцарский щит с мечом на стене из мха у входа. Тургеневская пара у реки. Скандинавские стеллажи. Я стоял посреди этого и чувствовал себя как человек, попавший на вечеринку, где каждый гость пришёл в костюме из своего фильма. Это не ресторан. Не кофейня в её ясном смысле. Не фастфуд. Это всё сразу — а значит, ничто.
Дизайнер в Италии сказал бы: у стола должна быть одна история. Здесь их пять, и они спорят друг с другом.
Тарелка, которая не спасла
Я готов простить интерьеру всё — если кухня говорит со мной. Еда прощает многое. Я сел, заказал завтрак, взял кофе. И ждал того момента, ради которого прощаешь.
Момент не наступил.
Яичница в томатном соусе с сосиской и тостом — блюдо, которое невозможно испортить и невозможно сделать великим. Оно было ровно таким: не испорченным. Сосиска — просто сосиска. Тост — просто подсушенный хлеб. Соус без характера, без той искры перца или копчёной паприки, которая превращает завтрак в воспоминание. Салат из капусты с морковью под бледным соусом — свежий, честный, и совершенно пустой на вкус. Творожные шарики с ложкой сметаны — самое приятное из всего, но и они не заставили меня замолчать и закрыть глаза, как это бывает.
Понимаете, в чём беда? Ни одно блюдо не было плохим настолько, чтобы разозлиться. Все они были никакими. А это хуже, чем плохо. Плохое блюдо злит — значит, ты жив, значит, тебе не всё равно. Никакое блюдо оставляет пустоту. Ты доедаешь, платишь и не можешь вспомнить вкус уже на пороге.
Посуда, кстати, красивая — тяжёлые тарелки с растительным узором, синие чашки. Но красивая посуда под невкусной едой — это как дорогая рама вокруг пустого холста. Она только подчёркивает, что внутри ничего нет.
Почему так вышло — я, кажется, знаю
Я много езжу и видел это в десятках городов от Неаполя до Кемерово. Это случается всегда по одной причине.
Кто-то посмотрел на тёплое место, где раньше была любимая горожанами кофейня, и подумал: сюда ходят люди, привычка приведёт их и ко мне. И вложился в стены, в шарики, в щит из мха — во всё, кроме единственного, что имеет значение. Кроме ответа на вопрос: зачем человек должен вернуться?
Прежнее заведение уехало и забрало своих гостей с собой, потому что гости ходили не в дверь. Они ходили за вкусом, за именем, за чувством. А новое место получило пустые стены и чужую привычку, которая тает через один визит. Я и есть этот один визит. Я пришёл по памяти о хорошем — и не вернусь, потому что мне не дали повода.
Имя, которое ничего не значит. Интерьер, который не выбрал, кем хочет быть. Кухня, которая не рискнула. И над всем этим — гордое «Красота в деталях» на стакане. Но красота, друзья, не в деталях. Красота в замысле. Детали — это то, что появляется потом, когда ты уже знаешь, что хочешь сказать. А если сказать нечего, никакая графиня, никакой меч на стене и никакая тургеневская река не помогут.
Я допил кофе. Он был обычный. Вышел на улицу, к центральному универмагу, и подумал о той кофейне, что уехала на Пушкина. Надо будет доехать до неё. Туда люди поехали не потому, что помнят стены. А потому, что там их ждёт причина.
GRAFF, если ты это когда-нибудь прочтёшь — я не желаю тебе зла. Я желаю тебе решиться. Выбери, кто ты. Придумай, зачем ты. И начни с кухни, а не со щита на стене. Тогда я вернусь. И, поверь, напишу совсем другое.
Ваш Франческо, вечно голодный до настоящего.